Правовой
центр
Сообщить
о коррупции
Правовой
центр
Сообщить
о коррупции
Правовой
центр
Сообщить
о коррупции

Сейчас 6 или по суду 135: как министр выбивает миллионы с бизнеса

Нецензурные нюансы общения власти с предпринимателями в Амурской области

Во что может вылиться просьба бизнесмена возместить экологический ущерб не прямо здесь и сейчас, а после соответствующего решения суда? В Амурской области чиновники могут отреагировать на такие вполне законные предложения своеобразно — матерщиной и угрозами разорить предпринимателя и закрыть его предприятие. Подробности недружеской беседы человека с именем и голосом главы Минприроды региона Сергея Маху с представителем золотодобывающей компании — в материале ПАСМИ.

В сети появилась аудиозапись с участием человека по имени Сергей Васильевич с голосом, очень похожим на голос министра природных ресурсов  Амурской области Сергея Маху. Обильно используя ненормативную лексику, Сергей Васильевич убеждает собеседника в том, что ему необходимо срочно заплатить 6 миллионов рублей за выявленное нарушение экологического законодательства. В ход идут угрозы увеличить сумму ущерба в десятки раз, лишить предприятие квот и вообще запретить ему работать.

Второй участник беседы по имени Пилос в разговоре указывает, что пришел по поручению отца, которого зовут Пилос Альбертович. С большой долей вероятности речь идет о  семье Манукянов, которые владеют несколькими золотодобывающими предприятиями в Амурской области. Приводим расшифровку фрагмента диалога власти и бизнеса: 

Не вошел в положение

Пилос: Вы, наверное, знаете, что копец, финансовое положение сейчас у организации прямо такое тяжёлое. Я к чему – я не прошу что-то там… Тоже поймите,  я вас просто прошу…

Сергей Васильевич: Нет. Ещё раз — нет. И ещё раз — нет.

Пилос: Ну,  есть, допустим, нарушения, есть штраф.

Сергей Васильевич: Есть. И возмещение ущерба тоже есть.

Пилос: Всё, я согласен.  Ну, просто финансовое положение сейчас у организации…

Сергей Васильевич: Что? Что нас обложили х…ми? Х…е финансовое положение?

Пилос: Конечно.

Сергей Васильевич: На..й закрыть, на…й.

Пилос: Кого?

Сергей Васильевич: Положение это. До приёмки. С финансовым положением этим х…м – закрыть на…й это положение. Такое распоряжение. Если отец не понимает, я ему докажу: по весне вы не начнете работать. Пилос, Пилос, б…ь. Твою мать…

Пилос:  Не, есть штраф, есть нарушения, правильно? Вы выставили, Сергей Васильевич, мы сейчас разговариваем…

Сергей Васильевич: Вы шесть миллионов за эту х…ю не можете заплатить? За эту х…ю, которую вы сотворили, не можете найти?

Судобоязнь чиновника

Пилос: Да. Сергей Васильевич. Ну, есть нарушение, правильно? Которое вы выставили… Почему вы не разрешаете, допустим, вот я сейчас в открытую… Если вы выставили всё – ну, мы пойдём в суд, и если эта ситуация докажется, мы готовы будем искать – ну, а что делать? И будем платить.

Сергей Васильевич: То есть, ты это будешь со мной судиться?

Пилос: С вами лично – нет.

Сергей Васильевич: Нет, с министерством хочешь судиться?  Ты хочешь найти правду в суде? Я тебе её докажу!

Пилос: Вот поймите, у меня есть отец, я же вам ещё раз объясняю, Сергей Васильевич… Смотрите, я вам говорю позицию отца. Он говорит: «Без проблем, если суд мне скажет, что я виноват – я заплачу».

Сергей Васильевич: Хорошо.  Сто, так сказать, миллионов готовь и плати. И на этом всё, б…ь, Пилос. На этом – всё. Готовьте. А в следующем году вообще, н…й б…ь. Вы даже  не приступите к работам. Поверь мне.

Наезд с видекамерой

Пилос: Ну, то есть, прямо так вот?

Сергей Васильевич: Вот б…ь, это будет показательный, с видеокамерой, на…й. Б…ь, я приеду к тебе. Лично, б…ь, к отцу. Лично приеду, б…ь, и скажу: «Вот этот в прошлом году, б…ь, нарушал, а в этом году не приступил к работе». Лично, я тебе гарантирую.

Пилос: Хорошо. А что так кардинально? Я не понимаю, за что вы просто так вот прямо реагируете? Ваша позиция?  Вы, если выявили нарушение –  всё как положено, да. Сергей Васильевич, вы же знаете, у нас правовое государство или какое – я не могу, вы поймите.  Неужели столько трудов, сколько сделала наша организация, не стоит того…

Сергей Васильевич: Не стоит. Не стоит.

Пилос: Не стоит вообще?.. Я разочаровываюсь просто, честно. Я должен сейчас какой-то компромисс найти, чтобы было всё, как положено.

Сергей Васильевич: Ты видел мой правовой акт, б…ь? Если я сейчас начну тебя е…ть… Не, не тебя,  всех на Малом Караураке — мне неважно, кто там – ты, твой отец, либо другое предприятие. То есть, там – п…ц. Там будет полный п…ц.

Пилос: Сергей Васильевич, да я вас понимаю,  действительно идёт грязь, но они стоят, эти дамбы, всё, б…ь, сделали по проекту. Сергей Васильевич, если вы бы сказали: «Ты что, совсем охренел, там прямоток» — я бы сказал: «Сергей Васильевич, каюсь, побежали быстренько». Но если там есть дамбы, всё как положено, ну, б…ь, грязь где-то идёт, что делать?

Сергей Васильевич: До п…ы. 

Пилос: Сергей Васильевич, я знаете, чего переживаю? А если Пилос Альбертович пойдёт просто выше? Жаловаться…

Сергей Васильевич: Куда выше? Куда пойдет?

Пилос: Ну, к губернатору пойдёт.

Сергей Васильевич: Да и пусть идёт. Вот я сейчас вот с ним, вот здесь. Пусть идёт.

Пилос: То есть, это окончательно, правильно я понимаю? Чтобы я передавал ему?

Сергей Васильевич: Конечно.

Пилос: Вы мне скажите. Я просто… Мне надо было отцу, он говорит: «Переговори. Да – да, нет – нет. Ну, значит, нет».

Сергей Васильевич: Нет. Всё, Пилос. Скажи, он не готов? 

Пилос: Он мне сказал: «Сходи переговори».

Сергей Васильевич: О чём?

Пилос: 26 лет, говорит, я пашу, первый раз такое. Действительно, есть нарушение. Если есть нарушение – я всегда выплачиваю. Но всегда доводили до суда, если суд мне говорит, что я неправ – я плачу. Он такой, он законный человек. Я вот честно говорю.

Сергей Васильевич: Хочешь по суду? Он хочет по суду?

Пилос: Он хочет, чтобы справедливость была. Ну, а зачем вы так говорите – 130 миллионов, ну зачем? Это из крайности в крайность, Сергей Васильевич?

Сергей Васильевич: Я хочу тебе сказать: я справедливо тебе обозначу сумму, и я выиграю.

Пилос: Хорошо, Сергей Васильевич, я вас услышал. Можно второй вопрос – а почему вы так реагируете на это? Если в суде рассмотрят – мы заплатим. Вы что не хотите, вы мне объясните, как так.

Сергей Васильевич: А почему я должен судиться с вами целый год? Почему я должен время на это?.. Вот я е…ь с этим «Хэргу», б…ь, с этим Лопаревым…

Пилос: Со всеми, я понимаю, да. Вы со всеми ругаетесь, в смысле, там, ссоритесь…

Сергей Васильевич: Целый год, б…ь. Он мне там ухмыляется горячо, ещё и я гондон такой, б…ь.

Пилос: Вот, хоть раз я вас оскорблял?  Я как законопослушный гражданин…

Суд в кармане

Сергей Васильевич: Ну ты нарушил? Нарушил. 

Пилос: Нет, я не нарушил, это, во-первых, организация отца. Сергей Васильевич… Моя организация – это моя организация. Я вас…

Сергей Васильевич: Не суть.

Пилос: Я  по просьбе своего отца подъехал к вам переговорить, правильно?  Он мне говорит: «Встреться с Сергеем Васильевичем, скажи – что тут такого? Хорошо, есть нарушение – пожалуйста, это нарушение зафиксировано…» У нас есть юрист, он говорит: «Пусть этот юрист отрабатывает ценник. И если мне скажут столько-то, я заплачу эти деньги». Хороший он юрист, сильный, понимает.

Сергей Васильевич: Сильный, хорошо. Но первый же суд –  и вы проигрываете. Второй суд – и вы проигрываете.

Пилос: Ну, значит, заплатит, Сергей Васильевич.

Сергей Васильевич: Но уже не шесть, а 135.

Пилос: Ну, Сергей Васильевич,  мы очень помогаем Селемджинскому району. Наша организация очень сильный вес несёт в Селемджинском районе. Неужели нельзя найти компромисс?

Сергей Васильевич: Нет.

Пилос: Мы не договариваемся, ни в коем случае. Ваше учреждение – вы всё делаете правильно. Но есть на то, как говорят, высшие… Привык всё по закону просто делать он. 

Сергей Васильевич: По закону? Вот я ему по закону 135…

Пилос: То есть, ему передаю так: если мы не платим шесть миллионов – мы попадаем на 135 миллионов?

Золотые квоты

Сергей Васильевич: Да, да. И, мало того, что вы сейчас придете за квотами ко мне, все. И я вам их не дам. И твоя организация, и все, н…й. И вы это золото будете совать себе в жопу, б…ь,  будете, б…ь, держать где угодно, будете продавать – ФСБ-шники будут вас ловить здесь. А я буду всё это им передавать… Ну, проблем у тебя будет вот так. Вот так, б…ь.

Пилос: Скажите, нас что, кто-то заказал, что ли?

Сергей Васильевич: Пилос, я тебе по дружески говорю… Вот, можешь меня записать и передать эту запись ФСБ.

Пилос: Да я не собираюсь никого записывать. Что я, дурак, что ли? Сергей Васильевич…

Сергей Васильевич: Я тебе говорю по дружески – хочешь вот сейчас просто выйти из этой ситуации?

Пилос: Да, хочу.

Сергей Васильевич: С тебя шесть миллионов.

Пилос: Зарплата, коронавирус, народа нет, очень сложно. Мы в прошлом году сколько добыли золота? А в этом году – в два раза меньше.

Сергей Васильевич: И не е…и мне мозг.  За такие нарушения, б…ь, Пилос, я закрываю предприятие. И я буду закрывать предприятия. И тебя в том числе. Но и другие предприятия.

Пилос: Я понял.  Я должен был, Сергей Васильевич, встретиться и передать.   Грубо говоря, в прошлом году у нас нормально с вами было…

Сергей Васильевич: Да и в этом году нормально. Пилос, у меня к тебе лично…

Экологическая жесть

Пилос: Я понимаю, что не ко мне лично, но  это отец мой. Он меня всю жизнь воспитывал жить правильно и порядочно, понимаете? Есть нарушение – без проблем, подаём. Вообще, как бы, в этом году, реально очень сложный бизнес, народа нету вообще у нас…  Если было в прошлом году, вы говорили: «Пилос, надо вот это, вот это» — да ради бога, давайте, будем помогать. Официально, всё как положено.

Сергей Васильевич:  Я тебе в прошлом году говорил и в этом году говорю  – работай по закону, делай всё правильно, не загрязняй реки, потому что в этом году мы будем е…ь.

Пилос: Нет, Сергей Васильевич,  пробы взяли – есть нарушения – без проблем.  Я не могу понять, почему вы так сильно реагируете на то, что если мы подадим в суд… Мы будем оспаривать, и, может быть, мы сократим эту сумму?

Сергей Васильевич: Вот эту сумму нельзя сокращать.   Она фиксирована.  Если я её буду сокращать – меня будут подозревать в коррупции.

Пилос: Какой коррупции, Сергей Васильевич? Мы же будем судиться.

Сергей Васильевич: Ну, если ты будешь судиться – я потрачу время на это. Я докажу, что моя правота – то есть, моих инспекторов – это правильные действия. Я потрачу на это год.  Но я подам уже не на шесть миллионов, а на 135 миллионов.

Пилос: Почему вы такую сумму берёте? Вот мне вот это интересно?

Сергей Васильевич: Я тебе скажу, почему. Потому что мы были у тебя на Малом Караураке 21 числа, и 23 числа. Было два нарушения. По нормам.  Это не два нарушения — это длящееся нарушение. И когда я буду считать ущерб…  Если взять просто по одной пробе – это шесть миллионов.  А если я возьму длящееся – то это 135…

Пилос: Нет, это ваши полномочия, грубо говоря. Ну, тогда вы можете закрыть любую организацию.

Сергей Васильевич: Я могу.  Я это делаю.  Я это буду делать, Пилос.

Пилос: Такую организацию не жалко?

Разорение непокорных

Сергей Васильевич: Нет. Вот сейчас у тебя, у твоего отца, у вашей семьи есть один шанс реабилитироваться. Чтобы в хотя бы заехать в следующем году на участок.  Если вам сейчас эти шесть миллионов делают погоду, то в следующем году вы будете продавать всё, всё будете продавать – вертолёты, мерседесы, б…ь, всё будете продавать, чтобы заплатить это. У вас  ничего не будет, б…ь, Пилос.

Пилос: Это постанова, короче, такая какая-то.

Сергей Васильевич: Не постанова – это, б…ь, нужно. И я тебе по дружески, сейчас говорю,  эти шесть миллионов сейчас – это тебе сейчас ни о чём.

 Пилос: Сколько у меня время есть? На оплату?

Сергей Васильевич: На оплату – на следующей неделе, всё, пожалуйста.  И я тебе сделаю ещё при этом  хорошее лицо.

Пилос: Это понятно. Это вы говорили. Я услышал, Сергей Васильевич. Для меня главное – донести до бати. Всё. Я воспитывался в очень строгих условиях, понимаете, и когда мне отец говорит:, сына, да я б…ь, все понимаю, есть нарушения, все нарушают, мы нарушили, я ж не говорю, я не буду платить, нет, такого нет. Ну б…ь, есть штраф, выставил там Минприроды 6 миллионов рублей, хорошо, мы обжалуем. Вот мне надо понимать, почему не имеет право человек в нашем, б…ь российском государстве, грубо говоря, подать в суд, почему Сергей Алексеевич так реагирует? Я рассказал ситуацию, решай отец, я переговорил с Сергей Васильевичем. Сергей Васильевич сказал — лучший выход из положения. Все, другого выхода у нас нет, все, я вас понял.

Сергей Васильевич: Сейчас нет.

Пилос: А когда есть? 

Сергей Васильевич: Сейчас нет, по Караураку у вас других возможностей нет. По другим моментам ты можешь судиться, можешь.

Пилос: То есть, если мы с Рорыбнадзором судимся- вам без разницы, главное — чтобы мы не судились с Минприроды.

Миллионы вникуда

Сергей Васильевич: Ты хочешь разозлить меня? Хер чего даст. Если бы вы этого не делали бляха муха, вы б…ь ну епт твою, я ну не могу б….ь.

Пилос: Ну вы технологию дайте… Вот вы профессионал? Скажите, как можно добыть золото, не марая речку?

Сергей Васильевич: Нет, нет, не знаю.

Пилос: Не покупать лицензию? Не мыть?

Сергей Васильевич: Да, не покупать.

Пилос: Да? За нее отдали 106 миллионов.

Сергей Васильевич: А заработали уже миллиард.

Пилос: Я ее месяц назад запустил, посмотрите, она все подписана, все как положено, подпиши нам договора водопользования, почему нет? Нет, подождите, я вас понял, я вас услышал, но договор-то подпишите.

Сергей Васильевич: Нет, с какого хера я подпишу договор водопользования, когда у вас там есть нарушения уже до момента подачи. Еще раз — это не моя прихоть, это не то, что я хочу тебя е…ть, под эту дудку попадут все.

Пилос: Сергей Васильевич, я вас услышал, я понял, вы не ругайтесь, я ни в коем случае не пугаю. Пилос Альбертович, вы просто не представляете его возможности, кого он знает и докуда может добраться ради справедливости и может потратить в 10 раз больше, чем вы говорите. Я никогда в жизни никому просто так ничего не давал, просто с таким человеком как с моим отцом я не спорю никогда, я говорю: отец, я тебе даю.

Сергей Васильевич: Я здесь не для того, чтобы письками мериться.

Пилос: Мы письками не меримся, Сергей Васильевич, ну просто я понял вашу позицию, Сергей Васильевич.

Сергей Васильевич: Если он там готов потратить там миллиард, неважно сколько.

Пилос: Готов очень много потратить, лишь бы справедливость была.

Сергей Васильевич: А мне по…й, и эти деньги, которые потратит на эти взятки.

Пилос: Он взятки никому не даст. Отец взятки никогда в жизни не давал.

Сергей Васильевич: И еще это заплатит. И еще мало того, я тебе могу сказать, он в следующем году не будет работать вообще.

Пилос: Ну, это уже жестко, не пугайте, не надо так. Это его жизнь.

Сергей Васильевич: Я тебе гарантирую.Это я гарантирую не только тебе, я это гарантирую всем, кто будет сейчас вые…ся, что он не заплатит. В следующем году не будет работать.

Пилос: И вы хотите такую крупную организацию закрыть? Эта 130 лет существует.

Исковые перекрестки

Сергей Васильевич: Да мне по…й на эти организации. До п…ды б…ь, они загрязняют водные… Я их буду закрывать на….й.

Пилос: Если они прямотоком, то я с вами согласен, но если делают все по проекту, Сергей Васильевич, но есть грязь, ну как? Есть проект, его подписали, вы утвердили. Сергей Васильевич, вы мне объясните, как молодому золотопромышленнику… Вот смотрите, есть проект, как вы мне объясняли в свое время, если сделать все по проекту, но пошла грязь,  виноват проектный институт.  Я правильно говорю, или нет?

Сергей Васильевич: Нет.

Пилос: То есть, все равно я виноват?

Сергей Васильевич: Да.

Пилос: То есть, мне по херу, то есть, я должен этот проект выкинуть, грубо говоря, сделать как-то свой.

Сергей Васильевич: А если мы выявили, что у тебя вода грязная и мы тебя оштрафовали, то ты идешь к этому проектному институту б…ь, и говоришь: ты пидорас, сделал мне такой проект, по которому я заплатил 100 миллионов.

Пилос: Сергей Васильевич подождите. Хорошо, ну проект-то вы же утверждаете?

Сергей Васильевич: Нет. Не я. Росгидроэкспертиза.

Пилос: То есть грубо говоря, если этот проект оставляем, я могу в судебном порядке выслать им: подождите, ребята, я сделал все по проекту, а меня Минприроды наказал.

Сергей Васильевич: Да, да. Я тебе и в прошлый раз говорил об этом, да, это перекрестный иск, я тебе иск, а ты к ним. И ты будешь с ними судиться.

Пилос: Вы просто никогда не кричите на меня. Чего вы кричите, как будто я какой-то, б…ь, этот, я вас понял, вы меня тоже должны понять. Ну, меня тоже – я, за свое.

Сергей Васильевич: Я болею за эту организацию. Я понимаю тебя и понимаю твоего папу. Я пришел в чиновники из бизнеса. Я бизнес понимаю намного лучше, чем кто-либо другой. Я этот бизнес, б…ь, знаю наизусть. Поэтому меня не надо учить, как б…ь делать детей, так сказать. И семейные отношения я тоже понимаю, потому что я тоже, б….ь, не русский. И меня тоже папа учил, б….ь, и е…л всю жизнь, и до сих пор е….т, б…ь.

Пилос: В принципе, как и у меня.

Сергей Васильевич: Но я все это понимаю. И я тебе по-дружески говорю сейчас. У тебя вот этот шанс, честное слово. 

Будет хуже

Пилос: Следующий год будет опять такой же? 

Сергей Васильевич: Будет хуже. У нас будет, б…ь, видеокамера на каждом участке, на….й. На каждом участке будет камеры. И ты за них будешь платить, за эти камеры.

Пилос: А каким образом они показывают, не сети, ничего нету?

Сергей Васильевич: Есть, и ты эту сеть сделаешь. Мониторинг – мониторинг ежедневный, ежечасный, все будет, б….ь.  А если не хотите, не работайте.

Пилос: То есть не нравится – не добывай.

Сергей Васильевич: Как говорится, да! Не получай квоту. Все! И иди это золото, б….ь, засовывай себе в одно место. Извини, это грубо, конечно, но это так. Еще раз, поверь мне, вот по-дружески, по-братски я тебе говорю. У тебя сейчас один шанс. Чтобы сейчас из этой ситуации выйти хоть как-то….

Пилос: Спасти организацию в целом, вы имеете в виду? Ну, будем так говорить?

Сергей Васильевич: Да. Мы выставили это все, б….ь, в онлайн, сказали —  осознали, б….ь, заплатили, пнули. Дальше судись по остальным.

Пилос: Я понял, я все сделаю, Сергей Васильевич.

Если у вас есть информация о коррупционных нарушенях чиновников в Амурской области и других регионах — пишите в рубрику ПАСМИ «Сообщить о коррупции».

Самые свежие новости на нашем Яндекс.Дзен канале

Пытки, голод и коррупция: как региональные управления ФСИН пытаются скрыть нарушения от Москвы

Противоречивая реакция на коллективное обращение заключенных из Коми

Loading...
Loading...